В этом году отмечается пятьсот лет с начала освоения Северного морского пути. Событие отсчитывают от 1525 года, когда дипломат Дмитрий Герасимов высказал идею о возможности плавания арктическими водами в Китай. Последующие полтысячелетия были эпохой экспедиций, открытий и научных достижений, которые стали базой создания морского пути, имеющего не только значение для нашей страны, но и глобальное политическое и экономическое звучание.
Дипломат, переводчик и богослов
Дмитрий Герасимов — яркая фигура своего времени. Родом он был, скорее всего, из Новгорода, некоторое время жил в Ливонии, поэтому знал немецкий и латынь. В начале XVI века он в качестве переводчика участвовал в посольствах в Швецию, Данию, Норвегию, Пруссию. Герасимов отправлялся послом в Римскую империю к императору Максимилиану I и в Рим к папе Клименту VII. Но только этим достижения Герасимова не ограничиваются. Когда для перевода богословских текстов с греческого на церковнославянский язык с Афона в Москву прибыл Максим Грек, Герасимов оказался среди приставленных ему в помощь. Русские книжники не знали греческого, а Максим Грек — русского языка, поэтому переводчики обратились к латыни, которая стала языком-посредником при переводе религиозных текстов. В старости, отойдя от посольских дел, Герасимов сконцентрировался на книжных трудах. Дата его смерти неизвестна, но последнее свидетельство о нем — выполненный в 1535-м или 1536 году перевод религиозного свода теолога Бруно Вюрцбургского.
Именно Герасимова, человека столь многих талантов и широкого кругозора, в 1525 году Великий князь Московский Василий III отправил с посланием к папе Клименту VII. В Риме он познакомился с Паоло Джовио — придворным медиком римских пап, историком, писателем и коллекционером произведений искусства. Чтобы понять масштаб фигуры, достаточно знать, что Джовио был первым биографом Рафаэля Санти и по его заказу Рафаэль написал один из своих шедевров — «Мадонну Альба». А по итогам бесед с Герасимовым Джовио написал и уже осенью 1525 года издал в Риме «Книгу о посольстве Василия, великого князя Московского, к папе Клименту VII». В ней он представил яркое описание географии, экономического, государственного и военного устройства, а также нравов российского государства. «Причем мы постараемся удержать ту же простоту, с какою рассказывал нам все здесь предлагаемое в свободное время сам Димитрий, вынужденный к тому нашими докучливыми и ласковыми расспросами», — указал Джовио в предисловии. Самого Герасимова он назвал «весьма искушенным в человеческих делах и Священном писании», указал, что тот имеет «спокойный и восприимчивый ум» и «отличается веселым и остроумным характером».
Беседы с послом
В своей книге Джовио уделил внимание предыстории посольства Герасимова. Все началось с того, что гражданин Генуи капитан Павел прибыл в Москву по торговым делам с грамотою от папы Льва X. Итальянец намеревался искать новый путь для провоза из Индии благовонных и пряных товаров. Занимаясь торговыми делами в Сирии, Египте и Понте, он услышал о возможности организовать новый торговый путь из Индии — по рекам Инд и Амударье к Каспийскому морю, далее по Волге и Оке до Москвы и Балтии.
К тому времени монопольной торговли с Индией добилась Португалия: поставив под контроль силой оружия прибрежные торговые рынки, португальцы скупали пряности и отправляли их в Европу, где перепродавали по непомерным ценам. Португальский флот при этом перекрыл старые торговые пути через Персидский залив, Аравийское море и Евфрат. Капитан Павел пытался убедить Василия III в том, что при открытии нового пути взимаемые пошлины значительно увеличат царскую казну, однако встретил отказ. «Василий почел неприличным открыть человеку неизвестному, и притом иноземцу, области, служащие путем к морю Каспийскому и в Персию», — указал Джовио.
Капитан Павел вернулся в Италию, но надежды на открытие нового пути на Восток не оставил. Когда он готовился ко второму путешествию в Москву, папа Климент VII снабдил его грамотою к Василию. Вопросы в ней ставились скорее не торгового, а сугубо политического свойства — Великому князю Московскому в обмен на союз с католичеством предлагалась королевская корона.
Капитан Павел «был уже дряхл», но благополучно прибыл в Москву, где был принят очень благосклонно. «Пробыв при дворе его два месяца и не находя силы свои достаточными для перенесения трудностей предполагаемого им пути, он бросил все виды свои на индийскую торговлю и мечтательные свои планы и возвратился, в сопровождении московского посла Димитрия, в Рим, где все полагали, что он не успел еще добраться до Москвы», — пишет Джовио.
Далее книга повествует о том, что папа приказал отвести русскому послу покои в великолепнейшей части Ватиканского дворца, ему предоставили возможность посетить римский сенат и осмотреть древний город. Затем, отдохнув несколько дней от трудного пути, Герасимов «в великолепной национальной одежде был представлен папе римскому» и вручил ему послание Василия III, который, оставив в стороне вопросы веры, изъявил желание обсуждать вопросы участия в лиге, которая создавалась для борьбы с Османской империей.
Далее Джовио рассказывает читателю о том, что Герасимов поведал ему о своей стране в ходе личных бесед. В том числе рассказал про северный торговый город Устюг, куда приезжают пермь, печера, югры, вогуличи и другие отдаленнейшие народы, привозя с собою дорогие меха, которые меняют на различные товары. Кроме этих народов, плативших дань московским царям, были еще племена, по отдаленности своей неизвестные даже московитам. «Об них знают только по слуху и по рассказам купцов, большею частию баснословным. Достоверно только то, что Двина, принимающая в себя бесчисленные реки, с большим стремлением течет к северу и что море, в которое впадает она, имеет столь огромное протяжение, что, придерживаясь правого его берега, можно доплыть до самого Китая — ежели не встретится на пути какой-либо новой земли».
Дела торговые
Сочинение Джовио прочитали во многих странах. Британские, голландские и прочие мореплаватели вдохновились идеей добраться до Китая по северным морям. Важная веха исследования Арктики — экспедиции Виллема Баренца (1594–1597). Голландский мореплаватель искал морской путь в Китай и Индию, но умер от цинги во время последней, третьей экспедиции. Его именем названы Баренцево море, один из островов и город на открытом им архипелаге Шпицберген, а также Баренцевы острова у западного побережья Новой Земли.
Добраться до Востока северными морями Европа не смогла, но открыла для себя новые торговые пути с Россией. В 1553 году английский король Эдуард VI направил на поиск пути в Индию и Китай три корабля. Буря разметала суда, одно из них — под командованием капитана Ченслера — прибыло в Двинский залив. Послания английского короля были составлены так, что их можно было вручить любому правителю, до которого добрались бы путешественники, поэтому Ченслер заявил, что является послом к русскому царю. Местный воевода снабдил англичан продовольствием и направил в Москву. В столице Ченслер передал Ивану Грозному грамоту, отобедал с ним и пообщался с боярами. Царь отметил, что королевские грамоты «составлены неведомо кому», но торговать с Англией согласился. Англичане привезли образцы годных товаров: олово, оружие, сукно, а самому российскому государству были нужны новые пути в Европу — в то время торговля с западными странами проходила через враждебные Польшу и Литву, которые вскоре объединились в Речь Посполитую. Ченслера отправили домой с ответной грамотой. В ней Иван Васильевич написал, что, желая быть с английским королем в дружбе, с радостью примет английских купцов и послов. Более того, царь даровал английским купцам право свободного въезда и выезда, передвижения по стране и беспошлинной торговли.
Исследователи
Интерес к северному пути на Восток не угасал. Помимо манящей где-то вдалеке перспективы торговли с Китаем, был и другой сугубо практический интерес — в Сибири были в изобилии меха и драгоценный моржовый клык. При этом для поморов выход в «ледовые моря» был таким же естественным делом, как для крестьянина пахота. Жители севера ходили на промысел рыбы и морского зверя к Новой Земле и Шпицбергену, знали устье Обской губы, открывали новые земли. Их корабли — кочи имели округлые обводы, усиленный набор и обшивку, строились так, чтобы льды не ломали корпус, а мягко выталкивали судно наверх. Поморы не оставили подробных карт, но создали целую систему лоций — описаний берегов, течений, опасных мест. Эти знания передавались из поколения в поколение. Поморское мореходство не попадало в официальные хроники, но именно оно создало основу для великих северных морских экспедиций.
В 1648 году помор Семен Дежнев первым проходит пролив, отделяющий Чукотку от Аляски. Экспедиция — 7 кочей и 90 человек — отправилась от устья реки Колымы, впадающей в Восточно-Сибирское море. Плавания по бурным, покрытым ледяными торосами северным морям в то время были предприятием опасным — к концу экспедиции погибло большинство ее участников, были потеряны все корабли. О своем походе, судьбе спутников и сборе ясака с местных жителей Дежнев составил «отписку», которая сохранилась до наших дней. В ней рассказывается, как буря носила утлые суденышки и как Дежнева «выбросило на берег в передней конец за Онандырь реку, а было нас на коче всех двадцать пять человек, и пошли мы все в гору, сами пути себе не знаем, холодны и голодны, наги и босы».
Через восемьдесят лет датчанин на российской службе Витус Беринг повторил путь Дежнева, достиг берегов Америки и официально закрепил новое географическое открытие. Поэтому пролив и моря между Азией и Америкой и именуются Беринговыми. В память о предшественнике Беринга назван мыс Дежнева — крайняя восточная точка Чукотки, России и Евразии.
С Арктикой связана и судьба Михаила Ломоносова, который сам в юные годы ходил на промысел в Белое море. «Северный океан есть пространное поле, где усугубиться может российская слава, соединенная с беспримерной пользой чрез изобретение восточно-северного мореплавания в Индию и Америку», — писал Ломоносов. По его инициативе были организованы экспедиции под командованием Василия Чичагова, которые поставили рекорд того времени по продвижению парусных судов на север.
Дмитрий Менделеев посвятил освоению Крайнего Севера десятки работ. Вместе с адмиралом Макаровым он участвовал в постройке корабля «Ермак», который стал образцом для всех судов ледокольного класса. И именно создание ледоколов стало технологическим прорывом, позволившим начать экономическое освоение арктических морских путей.
В 1910 году ледоколы «Таймыр» и «Вайгач» выходят из Владивостока для того, чтобы описать Северный морской путь и впервые в истории пройти его с востока на запад.
В 1913-м молодой капитан Борис Вилькицкий, «последний Колумб Земли», сделал завершающее в человеческой истории великое географическое открытие — нанес на карты архипелаг Северная Земля.
В 1932 году экспедиция Отто Шмидта прошла Северный морской путь за одну навигацию. Это доказало: хозяйственное освоение Северного морского пути возможно. А в июле-октябре 1935 года состоялась первая транспортная операция — сквозное грузовое плавание лесовозов «Ванцетти» и «Искра» из Ленинграда во Владивосток.
В годы Великой Отечественной войны Северный морской путь — важнейшая транспортная магистраль. По нему шла проводка боевых кораблей Тихоокеанского флота в Баренцево море. Через арктические порты флот снабжался каменным углем, а военная промышленность — никелем, медью, лесом. В арктических морях шли бои. В августе 1942 года ледокольные пароходы «Сибиряков», «Дежнев» и береговая артиллерия порта Диксон дали успешный отпор германскому крейсеру «Адмирал Шеер».
Современность
После Великой Отечественной войны СССР активизировал исследования Арктики и Северного морского пути. Строились ледоколы, гражданские и военные корабли, подводный флот. Было организовано постоянное авиасообщение. Создавались дрейфующие полярные станции. С 1960 года в состав флота вошел атомный ледокол «Ленин», с 1974-го в строй начало входить семейство ледоколов «Арктика».
Развитие Норильского комбината потребовало круглогодичной навигации по маршруту Мурманск — Дудинка. В 1972 году был выполнен экспериментальный арктический рейс, а 1 мая 1978 года атомный ледокол «Сибирь» и ледокол «Капитан Сорокин» провели в Дудинку караван из двух дизель-электроходов. В Арктике была открыта круглогодичная навигация.
В наши дни Северный морской путь развивается в рамках проекта создания Трансарктического транспортного коридора, который протянется от Санкт-Петербурга через Мурманск до Владивостока. Этот маршрут должен стать более коротким, безопасным и экономически выгодным путем между Востоком и Западом. Круглогодичная навигация по северным морям позволит сократить время в пути в полтора раза по сравнению с путем через Суэцкий канал.
Развитие Северного морского пути обеспечивает единственный в мире атомный ледокольный флот — российский. Сегодня у нашей страны 43 ледокола, в том числе восемь атомных, включая самые мощные в мире универсальные атомные ледоколы проекта 22220. Последние могут одинаково эффективно работать в устьях сибирских рек и на покрытых ледяными торосами морских путях.
Россия продолжает освоение арктических морей, формируя трансконтинентальные маршруты, которые открывают новые возможности для укрепления национальной экономики и развития международного сотрудничества. И мы можем смело утверждать, что, как и пятьсот лет назад, международная коммерция остается важнейшим вопросом глобальной повестки, а идея северного торгового мореплавания, когда-то озвученная послом московского государя Дмитрием Герасимовым, не только воплощена в жизнь, но и стала фактором мировой политики и международной торговли.
Материал: Сергей Цветков, «Советская Адыгея».